МАТЕРИАЛ ПОДГОТОВИЛА МАРИЯ РУСАНОВА
«Вся бизнес-литература написана на полях большой культуры»: Леонид Клейн о деловом общении, уроках литературы и Чемпионате сочинений
Мы продолжаем серию интервью с амбассадорами Всероссийского чемпионата сочинений «Своими словами». В этом интервью мы поговорили с российским филологом, лектором и радиоведущим Леонидом Клейном о том, как стоит преподавать литературу в школах и как начитанность помогает в бизнесе.
— Каким, на ваш взгляд, должен быть идеальный урок литературы для школьников?
— Мне представляется, что не существует никакого идеального урока литературы, потому что существует много разных типов школьников. Есть какой-нибудь гуманитарный лицей, читающие родители.

Есть мотивированные дети, которые не любят читать, потому что они стремятся к чему-то другому. Шерлок Холмс рассказывал, что ему не очень интересны романы Диккенса, потому что ему это никак не помогает в раскрытии преступлений.

Есть дети, которым просто необходим урок литературы, и это одновременно отдохновение, психотерапия и способ убежать от домашних проблем.

Какие условия должны быть соблюдены, чтобы создался контакт, чтобы заискрило? Во-первых, преподаватель должен знать текст. Казалось бы, а что в этом такого? Это же само собой разумеющееся. Но у нас же есть врачи с дипломами, которые выступают против прививки от коронавируса. Есть и учителя, которые не читают тексты: у них не та зарплата, чтобы каждый раз перечитывать «Войну и мир». Преподаватель должен прекрасно знать текст. И любить его.

Во-вторых, в разговоре с учеником должен быть баланс между свободным выражением мнения школьника и каноном ответственного, аргументированного разговора.

Хороший урок литературы — это когда вы даете свободу размышления, но показываете рамки, за которые нельзя выходить. Вы демонстрируете некоторые правила, по которым здесь общаются.

В-третьих, учитель не должен меняться каждую четверть. Если вы берете пятиклассников и задаете им правила игры, то по этим правилам игры они, например, могут вам возражать, если вы заложите возможность этого возражения. Но если вы приходите в 10 класс, а у них были другие учителя, которые не читали текст, и вы вдруг хотите все оживить, у вас полгода уйдет на переформатирование сознания, на донесение мысли, что литература — это не про оценки, не про правильное мнение.

В отличие от многих уроков, в литературе нет нового знания. Здесь, как мне кажется, не за что ставить оценку.


— Как может знание художественных произведений, их сюжетов пригодиться в бизнесе и деловом общении?
— Художественное произведение — это про образное мышление: нам рассказывают, как устроен мир. Человек может разориться, вложить деньги туда, куда вкладывать не надо. А бизнесмен из художественной литературы может понять, что есть проблемы общего контекста, и узнает безопасно, как, например, вкладывать деньги.

Художественная литература — это короткая (а иногда длинная) тропинка, чтобы понять, как устроен человек.

«Война и мир», любой роман Диккенса или Бальзака — это пример того, что люди раньше тоже занимались бизнесом, зарабатывали деньги, разорялись, обращались к адвокатам.

У нас часто считается, что бизнес — это отдельная сфера деятельности, что бизнесмены — люди без страха и упрёка, которые хотят заработать (будто остальные не хотят заработать), у которых есть специальное бизнес-мышление.

Но есть два подхода. Если жизнь — часть бизнеса, это одно. И тогда никакая литература не поможет. А если бизнес — часть жизни, тогда без литературы невозможно. Литература делает мир объёмным и прекрасным. Что происходило с героями Бальзака, Диккенса, Вальтера Скотта, касается и нас, мы в своих чувствах не одиноки. Литература избавляет от одиночества.

Очевидно, что вся бизнес-литература написана на полях большой культуры, а не наоборот.


— Как не пресытиться литературой, будучи школьником?
— Скорее закончить школу, прогуливать уроки! Не идти в гуманитарный класс. Но в том формате, в котором существует урок литературы, не пресытиться достаточно сложно. В учебный план впихнуто такое количество текстов, которое невозможно ни прочесть, ни обсудить.

Нужно изучать меньше произведений — и все будет хорошо. И это даже не про уменьшение количества текстов, а про уменьшение уровня вранья. Все знают, что школьники произведения не читают. В какой-то момент учитель становится виноват: ученики же не прочли. Это как бесконечные социалистические соревнования в советское время. Вы даете нереальный план, и вы его либо заведомо не выполняете, либо снижаете его. Ни то, ни другое не имеет отношения к реальности.


— Как школьнику развить эмоциональный интеллект с помощью культуры: музыки, кино, литературы?
— Я не верю в существование эмоционального интеллекта. Я считаю, что это примерно то же самое, что культура осознанности, гибкие навыки и так далее. Как говорил Базаров, сколько непонятных иностранных слов. Что такое эмоциональный интеллект? Как люди жили без этого понятия тысячи лет? Они спасали свою душу, читали Евангелие, уходили в монастыри, создавали университеты, утешали людей, сочиняли стихи, писали «Страдания юного Вертера». И без эмоционального интеллекта была якобы ущербность, а вот он появился, и теперь-то мы расставим всё на свои места.

Мне кажется, что вообще не надо ничего развивать. Как только у вас будет цель развиваться, вы будете всё время ощущать какую-то неполноценность. Вы будто сейчас не до конца развиты, получается.

Нужно заниматься тем, что вам нравится, и культура, музыка, кино и литература должны вливаться в вас, как свежий воздух. Ценность свежего воздуха очевидна не всем: есть люди, которые не выходят на улицу, сидят за компьютером. Свежий воздух — это некоторое усилие: вы выезжаете за город, там гуляете. И это прекрасно. Но если вы будете говорить, что хотите дышать свежим воздухом целыми днями, и делать из этого фетиш, это тоже странно.

В каком-то смысле вы просто должны полюбить хорошее. И даже слово «должны» неправильное: вы в какой-то момент любите хорошее. Слушая музыку, читая литературу, вы вдруг обнаружите, что вам очень многие вещи интересны, что вообще вы интересный человек, что вы можете побеседовать о многом с собой.

Школьнику не надо ничего развивать, ему нужно по возможности жить с удовольствием (как любому другому человеку), чему русская литература не способствует. Она очень часто, кроме произведений некоторых писателей, замещает собой жесткие духовные практики. Тексты русской литературы депрессивны. Хорошо, если в школьной программе было бы больше образцов счастья. Необязательно бесконечное наслаждение. Например, произведение «Вино из одуванчиков» Брэдбери. Не потому что там нет проблем, а потому что там описано счастье, которое можно потрогать.


— Какие ценности и принципы Всероссийского чемпионата сочинений близки Вам?
— Я не верю в существование эмоционального интеллекта. Я считаю, что это примерно то же самое, что культура осознанности, гибкие навыки и так далее. Как говорил Базаров, сколько непонятных иностранных слов. Что такое эмоциональный интеллект? Как люди жили без этого понятия тысячи лет? Они спасали свою душу, читали Евангелие, уходили в монастыри, создавали университеты, утешали людей, сочиняли стихи, писали «Страдания юного Вертера». И без эмоционального интеллекта была якобы ущербность, а вот он появился, и теперь-то мы расставим всё на свои места.

Мне кажется, что вообще не надо ничего развивать. Как только у вас будет цель развиваться, вы будете всё время ощущать какую-то неполноценность. Вы будто сейчас не до конца развиты, получается.

Нужно заниматься тем, что вам нравится, и культура, музыка, кино и литература должны вливаться в вас, как свежий воздух. Ценность свежего воздуха очевидна не всем: есть люди, которые не выходят на улицу, сидят за компьютером. Свежий воздух — это некоторое усилие: вы выезжаете за город, там гуляете. И это прекрасно. Но если вы будете говорить, что хотите дышать свежим воздухом целыми днями, и делать из этого фетиш, это тоже странно.

В каком-то смысле вы просто должны полюбить хорошее. И даже слово «должны» неправильное: вы в какой-то момент любите хорошее. Слушая музыку, читая литературу, вы вдруг обнаружите, что вам очень многие вещи интересны, что вообще вы интересный человек, что вы можете побеседовать о многом с собой.

Школьнику не надо ничего развивать, ему нужно по возможности жить с удовольствием (как любому другому человеку), чему русская литература не способствует. Она очень часто, кроме произведений некоторых писателей, замещает собой жесткие духовные практики. Тексты русской литературы депрессивны. Хорошо, если в школьной программе было бы больше образцов счастья. Необязательно бесконечное наслаждение. Например, произведение «Вино из одуванчиков» Брэдбери. Не потому что там нет проблем, а потому что там описано счастье, которое можно потрогать.


— Какие ценности и принципы Всероссийского чемпионата сочинений близки Вам?
— Мне кажется, что это попытка создать альтернативу школьному сочинению. Я её полностью поддерживаю, потому что все нужно начинать заново. У нас бесконечные вопли по поводу ЕГЭ, я их только отчасти разделяю: как будто в Советском союзе писали сочинения правильно. Мне рассказывала мама 1942 года рождения, как все сочинения писались под копирку. Эти лекала правильных сочинений чрезвычайно вредят нашей стране, обществу, детям.

Сочинение на Чемпионате прекрасно, потому что человек может написать что-то, что он может, — и не больше. Если хочешь поделиться — поделись. Сейчас школьное образование не просто находится тупике — традиционное преподавание литературы бьётся в тупике и разбило себе голову об стену этого тупика, и там совсем ничего не осталось.

Чемпионат «Своими словами» — это попытка показать важность и актуальность письменного текста у школьников с чистого листа. И это необходимо.

Читайте также